Старинные книги это: О старинных книгах. Фолианты, кодексы, манускрипты, инкунабулы – что это? – История книги — Википедия

Содержание

10 старых рукописных экземпляры, до сих пор сохранившиеся на Земле

Люди начали разрабатывать системы письма где-то в 30-м веке до нашей эры в древней Месопотамии, которая включала в себя шумерскую, аккадскую и древнеегипетскую цивилизации. Хотя самые ранние примеры письменного текста датируются примерно 2600 годом до н.э., и эти ранние произведения были написаны на каменных табличка. Считается, что литература и письменность были впервые разработаны между 7 и 4 тысячелетиями до нашей эры.

Начиная с основ письменности, для записи текста использовалось невероятное множество различных материалов, включая глину, шелк, глиняную посуду, папирус, даже гробы – поэтому вопрос о самой старой выжившей книге во многом зависит от того, как вы ее классифицируете.

Вопрос также может касаться характера книги. Некоторые ученые считают, что важная книга должна содержать мировоззрение, отличающее его от простых бухгалтерских или административных записей.

Мы попытались собрать воедино, как мы надеемся, интересную коллекцию самых старых сохранившихся книг в мире. Точные годы написания установить практически невозможно, и все они являются примерными, тем не менее, мы охватываем все, начиная с самых ранних сохранившихся печатных произведений и заканчивая старейшими из существующих сохранившихся книг.

Представляем вам 10 самых древних книг в мире: рукописные экземпляры, сохранившиеся на Земле, от которых идёт русская культура и история других стран.

Список

  • 10. Мадридский кодекс, 900 г
  • 9. Остромирское Евангелие, 1056г
  • 8. Алмазная сутра, 868г
  • 7. Книга Келлс, 800г
  • 6. Катбертово Евангелие, 700г
  • 5. Синайский Кодекс, 400г
  • 4. Папирусные кодексы, 400г
  • 3. Евангелия Гаримы, 330г
  • 2. Золотые таблицы из Пирги, 480г до н.э.
  • 1. Золотая книга этрусков, 660г до н.э.

10. Мадридский кодекс, 900 г


Обнаруженный в Испании в 1860-х годах, Мадридский кодекс, также известный как Кодекс Тро-Кортезиана, является одной из немногих сохранившихся книг, относящихся к доколумбовой культуре майя около 900–1521 годов нашей эры.

Скорее всего, книга написана на юкатеканском языке, группе языков майя, в которую входят юкатек, ица, лакандон и мопан.

Эксперты не согласны с точной датой создания Мадридского кодекса, хотя некоторые говорят, что он был сделан до испанского завоевания 16-го века.

Книга в настоящее время хранится в Музее Америки в Мадриде, Испания.

9. Остромирское Евангелие, 1056г


Остромирское Евангелие – самая ранняя на сегодняшний день восточно-славянская рукописная книга в мире. Она написана на древнерусском языке с использованием кириллического алфавита. Особая роль Остромирского Евангелия в распространении христианства в ранее изолированных и языческих восточнославянских племенах и, вне всякого сомнения, распространении славянской литературы по бескрайним просторам.

Евангелие Остромира представляет колыбель русской литературы и культуры, а современные исследования этого документального наследия внесли решающий вклад в становление и дальнейшее развитие международных древнеславянских исследований.

8. Алмазная сутра, 868г


Буддистский священный текст, «Алмазная сутра

», считается самой старой сохранившейся датированной печатной книгой в мире.

Найденная в китайской пещере, окруженной стеной, наряду с другими печатными материалами, книга состоит из китайских иероглифов, напечатанных на свитке из серой печатной бумаги, обернутой вдоль деревянного столба.

Книга была переписана человеком по имени Вонг Чже в мае 868 года по указанию его родителей, что отмечено в конце текста.

7. Книга Келлс, 800г


Келлская книга хранится в библиотеке Тринити-колледжа в Дублине, Ирландия, и считается, что она была создана кельтскими монахами около 800 года нашей эры.

Книга отличается сложным и экстравагантным орнаментом и является одним из лучших примеров иллюстрированной рукописи. Он содержит четыре Евангелия из Нового Завета и состоит из 340 листов из телячьей кожи.

Книга была названа в честь аббатства Келлс, где она находилась в течение многих веков – в настоящее время она постоянно экспонируется в библиотеке Тринити-колледжа в Дублине, Ирландия.

6. Катбертово Евангелие, 700г


Евангелие святого Катберта является старейшей из сохранившихся европейских книг и датируется примерно 7 веком. Книга является копией Евангелия от Иоанна и была названа в честь святого Катберта, в гроб которого книга была помещена спустя некоторое время после его смерти.

После того, как книга была вновь открыта, она находилась в частной собственности, пока не была передана в дар иезуитскому сообществу в Бельгии в 1769 году.

Книга была предоставлена Британской библиотеке в Лондоне с 1979 года, и теперь они являются ее нынешними владельцами, поскольку им удалось собрать около 14 миллионов долларов, чтобы купить книгу у иезуитов.

5. Синайский Кодекс, 400г


Иначе известный как Синайская Библия, Синайский Кодекс, с его родственным текстом Кодекс Ватикана (который датируется примерно в то же время), является наиболее важным ресурсом, используемым для определения состава первоначальной христианской Библии. Приблизительно половина Ветхого Завета, наряду с полным Новым Заветом и другими аноническими и неканоническими работами (такими как Пастух Герма) известны, благодаря Синайскому кодексу.

Он был написан на греческом языке в конце царствования Константина Великого, оформлен в виде кварта и обнаружен в 1761 году в монастыре Святой Екатерины в Египте.

Большая часть Кодекса в настоящее время находится в Британской библиотеке в Лондоне, в то время как Кодекс Ватикана находится (как следует из названия) в Ватикане.

4. Папирусные кодексы, 400г


Библиотека Наг-Хаммади (она же – папирусные кодексы) представляет собой собрание из 13 кодеков, похороненных в запечатанной банке, которые были найдены в 1945 году фермером по имени Мухаммед аль-Самман в египетском городе Наг-Хаммади.

Письма, найденные в кодексах, в основном о гностических трактатах, но также частичный перевод «Государства» Платона. Один из кодексов содержит единственный известный полный текст Евангелия от Фомы.

Считается, что кодексы датируются между 3 и 4 веками и, как полагают, были похоронены и спрятаны после того, как Святой Афанасий запретил использование неканонических книг в 367 году нашей эры. С момента своего открытия кодексы повлияли на современные исследования раннего христианства и гностицизма.

3. Евангелия Гаримы, 330г


Евангелия Гаримы – это две книги Евангелия из монастыря Абба Гарима в Эфиопии, которые являются старейшими из известных полных иллюстрированных христианских рукописей. До последнего десятилетия ученые всегда считали, что обе книги датируются 11 веком, но недавние исследования углерода показывают, что эти книги датируются между 330 и 650 годами нашей эры.

По словам монахов, в монастыре Абба Гарима, книги хранятся в монастыре с момента их основания. Они также считают, что книги были написаны Аббой Гаримой, византийским царём, основавшим монастырь.

Обе книги были восстановлены где-то в последнее десятилетие британским переплетчиком на деньги из Эфиопского фонда наследия, британской благотворительной организации, которая помогает сохранить артефакты, найденные в монастырях Эфиопии.

2. Золотые таблицы из Пирги, 480г до н.э.


Найденные в 1964 году при раскопках святилища в древнем Пирги, Италия, три золотых листа датируются 500 годом до нашей эры.

Ученые думают, что когда-то они были связаны друг с другом.
Два написаны в этрусском тексте, а один написан на финикийском – о посвящении короля Феария Велиана финикийской богине Астарте.

Золотые таблицы из Пирги теперь выставлены в Национальном этрусском музее в Риме, Италия.

1. Золотая книга этрусков, 660г до н.э.


Этрусская золотая книга, считающаяся самой старой многостраничной книгой в мире, датируемой примерно 660 г. до н.э., была обнаружена 70 лет назад, при раскопках канала у реки Струма в Болгарии.

Книга сделана из 6 листов 24-каратного золота, скрепленных кольцами. Текста написаны этрусскими иероглифами, а также изображены лошадь, всадник, сирена, лира и солдаты.
Книга была передана в дар Национальному историческому музею Болгарии в Софии анонимным 87-летним донором.

Систематизация старых книг: древние, старинные, антикварные, букинистические

Поиск в каталоге:


Человеку, который увлекся коллекционированием старинных книг, необходимо овладеть терминологией и понятиями, характеризующими возраст книги. Даже на нашем незамысловатом сайте регулярно упоминается несколько словосочетаний, означающих разные по возрасту издания: старая книга, старинная книга, антикварная книга и древняя книга. Давайте разбираться, в чем же заключается отличие. ПЕРЕЙТИ В ПОЛНЫЙ КАТАЛОГ СТАРИННЫХ И АНТИКВАРНЫХ КНИГ
Оговоримся сразу - как и в некоторых других очень деликатных и нерегулируемых нормативными актами сферах коллекционирования и собирательства, четкого и однозначного деления на типы книг не существует. Проще всего дело обстоит с понятием "букинистическое издание" - Вы будете смеяться, но в отношении него существует всего три варианта разночтений...

Антикварные книги и букинистические книги


Формально (и этой линии придерживается большинство библиофилов) букинистическими изданиями принято считать все книги, чей возраст с даты печати не превышает 50 лет. Соответственно сторонники этой версии вынуждены называть более старые книги – антикварными. Суть букинистической книги (от французского слова "bouquin", означающего старинную, подержанную книгу) заключается в том, что за полвека у нее как минимум один раз сменился владелец, а значит, помимо истории, заключенной в содержании книги, появилась еще история самой книги.

Однако большая группа коллекционеров, справедливо отмечая, что в советское время книги печатались большими, а некоторые издания – просто гигантскими тиражами (достаточно вспомнить "Капитал" Карла Маркса или полное собрание сочинения Максима Горького), отказывается признавать книги, изданные в СССР в 1920-1960-х годах антикварными. Ну, хотя бы в силу того, что их на руках населения сохранилось еще очень и очень много. Поэтому сторонники данной теории предлагают считать антикварными книги, напечатанные до 1917 года (то есть до реформы русского языка и до появления социалистического реализма как литературного течения).

Существует, впрочем, еще более требовательная и "капризная" группа коллекционеров (надо сказать, самая малочисленная), которая полагает, что даже напечатанные сравнительно небольшими тиражами книги второй половины XIX века никак нельзя относить к антикварным. В качестве примера приводятся многочисленные издания 1891 года, напечатанные к 50-летию смерти Михаила Юрьевича Лермонтова (кстати, если анализировать, какие старинные книги в большем объеме сохранились на руках у населения, не увлекающегося библиографией, то сборники сочинений Лермонтова, датированные 1891 годом, окажутся самыми популярными).

Примечательно, что именно во второй половине XIX столетия понятие букинистическая книга попало в обиход русской разговорной речи - в те времена оно являлось синонимом антикварной книги. Итак, резюмируем: часть профессионалов считает букинистическими книгами те, что напечатаны не более 50 лет назад, вторая часть - те, что выпущены до 1917 года (имея в виду только книги на русском языке), третья часть - издания до 1851 года.

Антикварные книги и типы старинных книг


Так или иначе, но все группы специалистов сходятся во мнении, что книги, напечатанные до 1850 года, в какой стране это бы не происходило, можно смело считать
антикварными книгами
. В отношении этого массива изданий иногда используется термин "старинная книга", но почти всегда это не более чем синоним книги антикварной. В редких случаях понятие "старинная книга" употребляется по отношению к крупноформатным фолиантам (все-таки совершенствование технологии печати постепенно свело основные форматы книг к in-folio, in-quarto и in-octavo) и рукописным книгам в кожаных переплетах с замками и пряжками (назвать такую книгу просто антикварной даже язык не поворачивается).

Внутри группы изданий, напечатанных между 1440-ми годами (временем зарождения книгопечати) и 1851 годом, выделяют еще группы, четко разделенных по календарным датам: инкунабулы (печатные книги, изданные до 1 января 1501 года, то есть во второй половине XV века) и палеотипы (печатные книги, изданные до 1 января 1551 года, то есть в первой половине XVI века).

Инкунабулы - это старинные книги, относящиеся к самому раннему (если дословно, то – "колыбельному") периоду книгопечатания, то есть книги, вышедшие из типографий Иоганна Гутенберга и первого поколения его учеников. В этих книгах очень многие элементы дорисованы вручную, так технология печати была еще чрезвычайно сырой и примитивной.

Хотя нас от времени изготовления инкунабул отделяет более пяти столетий, это вовсе не означает, что инкунабул сохранилось ничтожно мало. Отнюдь! В восемнадцати крупнейших библиотеках мира хранится 120.699 инкунабул - это порядка 1,5 процентов всех книг, отпечатанных с момента изобретения Иоганна Гутенберга до 31 декабря 1500 года. Число книг, осевших в частных руках (много инкунабул хранится в библиотеках Пирпонта Моргана и Хантингтона Г.Э.), безусловно, на порядок меньше.

Кроме того, только в XX веке погибло несколько тысяч бережно хранимых инкунабул: около четырех тысяч томов сгорело в Сан-Франциско во время пожара, последовавшего сразу за разрушительным землетрясением в 1906 году, и еще несколько сотен древних книг безвозвратно погибло, сгорев вместе со старой библиотекой Гарвардского университета. Если предположить, что в каждом последующем столетии от огня, воды и человеческой безалаберности будет гибнуть примерно десять тысяч инкунабул, то к концу третьего тысячелетия их число сократится вдвое, а еще через тысячу лет сохранившиеся инкунабулы можно будет пересчитать по пальцам (это к вопросу инвестирования в старинные книги).

Принято считать, что к 1500 году в Европе было издано более десяти миллионов экземпляров книг, в том числе уже появились книги и на славянском языке. Бродячие печатники посещали монастыри, университеты, замки феодалов и жили там, удовлетворяя потребность в печатной продукции. Подсчитано, что за период инкунабул всего существовало 1099 типографий. Они, правда, быстро разорялись, и к началу XVI века в Европе сохранилось не более двухсот типографий. В основном уцелели те из них, которые пользовались поддержкой богачей и знати.

Эпоха инкунабул и палеотипов - это время совершенствования печатного мастерства. В тот период в книгах стали появляться печатные иллюстрации, начали применять ксилографию - гравюру на дереве. Одна из первых иллюстрированных книг - "Корабль дураков" Себастьяна Бранта, изданная в Базеле в 1494 году - была украшена гравюрами Альбрехта Дюрера. В Италии была изобретена гравюра на меди, которая стала родоначальницей глубокой печати. Гравюру различной техники начали применять для печатания заставок, инициалов, иллюстраций и прочих украшений книг того времени.

Шрифт инкунабул по рисунку напоминал почерк рукописных книг (текстура, готический минускул). С самого конца XV века начали применять наклонный и беглый шрифт, впоследствии получивший название "курсив", предназначенный для выделения важных мест в тексте. При этом инкунабулы были сравнительно недороги - один епископ в письме Римскому папе сообщает, что печатные книги стоят примерно в пять раз дешевле рукописных.

Палеотипы - печатные европейские книги, изданные между 1501-м и 1550 годами, то есть в первой половине XVI столетия. В этот период начал уменьшаться формат изданий, появился формат in-octavo, которого не было среди инкунабул. Русских изданий, разумеется нет ни среди инкунабул, ни среди палеотипов, однако до нашего времени сохранилось порядка 70 экземпляров палеотипов, напечатанных на кириллице (в основном отпечатанных Макарием в Румынии, а также Франциском Скориной в Праге и Вильнюсе). В странах Западной Европы палеотипы в своей массе вышли из типографий Альдо Мануция (1450-1515 гг.), Анри Этьенна (1460-1520 гг.) и его детей – Роберта и Шарля, Этьеном Доле (1509-1546 гг.) и других первопечатников.

Особое место среди изготовителей палеотипов, безусловно, занимает венецианский типограф Альд Мануций - знатный итальянец, наладивший выпуск книг, которые называют альдины. Он поставил дело подготовки книг на научную основу. Тридцать виднейших ученых собирались и обсуждали издаваемые книги, а также редактировали их. Этот кружок получил название "Новой академии", а его издания прославились тщательной подготовкой и оформлением.

Чтобы конкуренты не могли подделать его издания, Мануций рассылал каталоги с указанием цен и помещал на книгах издательскую марку. На ней был изображен дельфин, обвившийся вокруг якоря. Старший Альд, его дети, наследники (Паоло и Альд-младший, зять Андреа Торрезано) выпустили за время своей деятельности более тысячи разнообразных книг. Это были роскошные издания для богатых покупателей. Для альдин, как и вообще для инкунабул, были типичны форматы in-folio (1/2 листа) и in-quarto (1/4 листа). Традиционный тираж такой книги составлял 275 экземпляров.

Итак, резюмируем еще раз. Книги, напечатанные с момента изобретения Гутенбергом до 31 декабря 1500 года, называются инкунабулами. Книги, изданные между 1 января 1501 года и 31 декабря 1550 года, именуют палеотипами. Литературные труды, отпечатанные при помощи станка и созданные рукописно, между 1 января 1551 года и 1850 годом, смело можно считать просто антикварными книгами или старинными книгами (в данном случае это – синонимы). Книги, особенно российские, изданные в 1851-1917 годах, целесообразно также от носить к антикварным, а более поздние – считать простой букинистикой.

Древние книги и рукописи


Первые опыты в области книгопечатания товарищество Гутенберга делало еще в конце 1430-х годов. К примеру, в документах судебного процесса, связанного с этим предприятием, уже упоминались слова и выражения "пресс", "отливка форм", "тиснение", "печатание". Большинство исследователей полагают, что окончательное изобретение книгопечатания Иоганн Гутенберг совершил в 1440 году, хотя пока не обнаружено ни одной старинной книги, датированной этим годом. Предположение о 1440 годе как точке отсчета книгопечатания подтверждается документами, извлеченными из дел авиньонских нотариусов и обнародованными в 1890 году аббатом Рекеном. Из этих документов вытекает, что в 1444-м и 1446-м годах некий Прокопий Вальдфогель вступал в сделки с разными лицами, которых за деньги и другие выгоды посвящал в тайну "искусственного письма".

Изобретение Гутенберга состояло в том, что он изготовлял из металла подвижные выпуклые буквы, вырезанные в обратном виде, набирал из них строки и с помощью пресса оттискивал на бумаге. Будучи небогатым ювелирным мастером, Гутенберг не имел средств для открытия собственной типографии. Вернувшись в 1448 году в родной Майнц, он в 1450 году заключил договор с ростовщиком Иоганном Фустом, по которому типография со всеми ее принадлежностями должна была делиться пополам между Гутенбергом и Фустом.

Не имея ни опытных рабочих, ни усовершенствованных инструментов, Иоганн Гутенберг, тем не менее, достиг значительных успехов. До 1456 года он отлил не менее пяти различных шрифтов, напечатал латинскую грамматику Элия Доната (несколько ее листов дошли до наших дней и хранятся в Национальной библиотеке в Париже), несколько папских индульгенций и, наконец, две Библии, 36-строчную и 42-строчную; последняя, известная под названием Библии Мазарини, была напечатана в 1453-1455 годах.

Однако человечество знало книги и до изобретения Иоганна Гутенберга. Собственно говоря, первая печатная книга формально также появилась задолго до майнских опытов великого немца. Речь идет, в первую очередь, об Алмазной сутре, изготовленной китайским мастером Ван Чи еще в IX столетии. Эту книгу, а также все письменные труды, появившиеся на свет до Иоганна Гутенберга, библиофилы относят к древним книгам. Рукописные книги (они же - манускрипты), на каком бы материале, каким бы инструментом они ни были выполнены, с полным правом именуются древностями.

Классификация русских антикварных книг


Еще одна логически обоснованная систематизация предложена профессором, доктором исторических наук Ольгой Леонидовной Таракановой и касается она российский антикварных книг. Как крупный специалист по старинным книгам, отпечатанным в России и Советском Союзе в XIX-XX веках, Ольга Леонидовна использует хронологическую классификацию старинных изданий, подразделяя их на две большие группы - дореволюционные антикварные книги и советские антикварные книги.

Первые насчитывают семь подгрупп: рукописные книги (созданные до начала книгопечатания), первопечатные и раннепечатные книги (1564-1699 гг.), книги Петровской эпохи (1700-1725 гг.), книги второй четверти - конца XVIII века, книги первой трети XIX века, книги середины XIX века и книги конца XIX века - начала XX века (когда началось их массовое производство).

Группа советских антикварных книг делится Таракановой О.Л. на четыре хронологических части: книги первых лет советской власти (1917-1920 гг.), книги двадцатых годов (1920-1930 гг.), книги тридцатых годов (1931-1940 гг.) и книги периода Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.). Более поздние издания в классификации профессора Таракановой относятся к букинистике.

Впрочем, позиция Ольги Леонидовны по этому вопросу является настолько важной и основополагающей для библиографической науки (в силу того, что мало кто вообще детально занимался данной отраслью), что здесь будет уместно привести несколько цитат из ее монографии "Антикварная книга": Термин "антикварная книга" впервые появился, по-видимому, в названии каталога, выпущенного книгопродавцем Николаевым М.Н., одним из пионеров в области издания антикварных каталогов в России: "Каталог антикварных книг на русском языке, продающихся в книжном складе М.Николаева, в С.-Петербурге, Большая Садовая рядом с Публичною библиотекою, д.12" (СПб., 1880). Исторические источники свидетельствуют о том, что к концу XIX века термин этот окончательно закрепляется за старинными рукописями и печатными изданиями, находившимися только в сфере торговли. За ее пределами - в составе библиотечного фонда, личной библиотеки, музейной коллекции - они, как правило, назывались уже по-другому: например, старинными, редкими, древнейшими, или определялись более конкретно: рукописные, книги XVII века, издания Петровской эпохи и т.д. Те же источники позволяют выявить отличие антикварной книги от всякой другой, попадающей на рынок. С происхождением названия и первым официальным упоминание термина "антикварная книга" все понятно. Тем более, об этом еще в 1925 году нам повествовал Павел Петрович Шибанов в своем труде "Антикварная книжная торговля в России" в том раздел, который посвящен торговле старыми книгами в Петербурге в конце XIX столетия.

Однако вернемся к учебнику Таракановой О.Л. Одновременно широко распространенный в дореволюционной России и в первые годы советской власти термин "антикварная книжная торговля" уступает место более универсальному и демократическому термину "букинистическая торговля". Вместо термина антикварная книга в качестве базового на первый план выдвигается термин букинистическая книга, который, однако, окончательно приобретает современное значение - книга в повторном товарном обращении - лишь в последние годы в связи с созданием букинистических классификаций, каталогов-прейскурантов, инструктивно-нормативных материалов по букинистической торговле. Здесь мы видим, как происходит переосмысление понятия "антикварная книга", которому начинает составлять конкуренцию термин "букинистика". Параллельное существование двух однородных понятий не могло продолжаться долго, поэтому советская торговая система еще в довоенные годы попыталась систематизировать старинные книги, поделив их на две категории, но считая при этом антикварную книгу разновидностью книги букинистической.

Читаем монографию профессора Ольги Леонидовны Таракановой дальше. Первые попытки определения понятия "антикварная книга" были тесно связаны с переходом букинистической торговли, как и всей книжной торговли страны, на социалистическую плановую основу, с необходимостью упорядочения и регламентации ценообразования на букинистическую книгу, подготовки новых профессиональных кадров и делались "снизу", то есть шли от самой практики книжной торговли. Суть этих попыток заключалась в том, чтобы дать специалистам букинистической торговли качественные ориентиры, критерии для современной оценки всего многообразия книг, попадающих в повторное товарное обращение. Так, уже в первом в нашей стране нормативном документе, регламентирующем букинистическую торговлю, - "Правилах торговли букинистической и антикварной книгой" (1936 г.) - весь ассортимент букинистических книг был разделен на две большие группы: книги подержанные, но не утратившие своей художественной или научной ценности, пользующиеся постоянным спросом и не являющиеся идеологическим браком, и издания старинные (антикварные), являющиеся библиографической редкостью, представляющие определенный научный и художественный интерес. Старинные издания рекомендовалось оценивать в каждом отдельном случае в индивидуальном порядке, в соответствии с их качеством, сохранностью, особенностями внешнего и внутреннего оформления. Таким образом, антикварные книги традиционно отождествлялись с редкими, но рассматривались не как самостоятельный товар, а как специфическая разновидность букинистической книги, что было закреплено в инструктивно-нормативных материалах последующего исторического периода.

А теперь о том ключевом вопросе, с которого начиналась эта глава наших рассуждений - где хронологически правильно проложить раздел между антикварными изданиями и просто старыми книгами. Заодно вы познакомитесь с другими, еще более редкими версиями временных различий между книгами разных типов. Одновременно практики букинистической торговли впервые делали попытки конкретизировать понятие антикварной книги, ограничив его хронологическими рамками. В качестве "верхней границы" предлагались 1825, 1850 годы, начало XX века, 1917 год, 1926 год и так далее. Официально эти опыты были завершены в "Инструкции о покупке и продаже букинистических изданий в специализированных букинистических магазинах (отделах)", выпущенной в 1977 году, где в качестве границы антикварной книги, отделяющей ее от всех других изданий, поступающих в повторное товарное обращение, окончательно устанавливался 1850 год. Научное объяснение этих эмпирических поисков было найдено при разработке хронотопической классификации - первой научной классификации букинистических товаров. Эта классификация, учитывающая характер производства книг в разных исторических условиях, рассматривала русскую антикварную книгу как продукт ремесленного труда, созданный в период до 1850 года, когда изготовление книги в целом, ее переплета, писчего материала, иллюстраций и т.п. носило единичный характер и осуществлялось ручным способом, с применением лишь простейших механизмов.

Сегодня понятие антикварная книга применяется в основном с целью оптимизации товарного предложения на букинистическом рынке. Наблюдается тенденция отнесения к категории антикварной книги вообще всех русских изданий (рукописных, печатных) до 1945-1946 годов. Поднятие границы антикварной книги до середины 50-х годов XX века связано не только с естественной убылью тиражей книг, но и с теми огромными материальными потерями, которые понесла отечественная культура в результате гибели и уничтожения книг в период революций 1905 и 1917 годов, в первые годы советской власти, во время Отечественной войны 1941-1945 годов. Кроме того, оно обусловлено резким повышением общественного интереса к книге недавнего прошлого в результате драматических событий последних лет (особенно после 1985 года), а главное - ее "непохожестью" на массовую книгу сегодняшнего дня. Этот факт нашел отражение в Указе Президента РФ №1108 от 30 мая 1994 года "О реализации предметов антиквариата и создании специального уполномоченного органа государственного контроля по сохранению культурных ценностей", где отмечено, что под предметами антиквариата понимаются разнообразные культурные ценности, в том числе гравюры, эстампы, литографии и их оригинальные печатные формы, редкие рукописные и документальные памятники (включая инкунабулы и другие издания, представляющие исторический, художественный, научный и культурный интерес), созданные более пятидесяти лет назад.

Все вышесказанное относится исключительно к русской антикварной книге; для национальной и зарубежной книги существуют собственные хронологические границы, определяемые историческими особенностями развития национальных культур. Таким образом, термин "антикварная книга" на книготорговом уровне, в пределах которого он традиционно применяется, означает разновидность букинистической книги, выделяющуюся из нее определенным возрастом, особыми товарными свойствами и качествами, индивидуальностью своей оценки и характером потребления.

Остается добавить, что труд Ольги Леонидовны Таркановой "Антикварная книга" - это первый (и на сегодняшний день фактически последний) учебник, посвященный антикварной книге как специфической разновидности букинистических товаров. В нем рассмотрены происхождение и развитие термина "антикварная книга в дореволюционной России, раскрыто его современное значение; дано понятие внешней формы книги, освещены основные этапы ее эволюции и роль и роль в процессе ценообразования. Рассмотрен ассортимент антикварной книжной торговли и особенности букинистической оценки его отдельных видов. Учебник "Антикварная книга" предназначался для студентов вузов, обучающихся по направлению м специальности "Книговедение", и попутно служил справочным пособием для работников букинистических магазинов и отделов. Рецензентами монографии выступали доктор филологических наук Антонова С.Г. и кандидат исторических наук Хромов О.Р.

Основная проблема заключается в том, что учебник профессора Таракановой О.Л. увидел свет в 1996 году, то есть почти два десятка лет назад. Недалек тот день, когда он сам станет считаться антикварным изданием. Еще ближе к этому рубежу другой, более ранний учебник - "Букинистическая торговля" (Москва, Издательство полиграфического института, 1990 г.). А исследовательский труд Шибанова П.П. "Антикварная книжная торговля в России" уже является библиографической редкостью и относится к букинистическим изданиям. Все говорит о том, что настает время для нового переосмысления понятий и тенденций. Нам, например, представляется абсолютно несправедливым и в середине XXI века по-прежнему считать 1850 год водоразделом между книгами старыми и антикварными. Кроме того, однажды (в середине XXIII столетия) наступит время, когда эпоха антикварных книг (1450-1850 гг.) сравняется по длительности с эпохой книг букинистических (1850-2250 г.) и, согласитесь, это будет уже совсем нелепо...

Древние книги | Арт-словарь | DotArt.info

Как бы ни был компьютеризован современный мир, интерес к настоящим, а не электронным книгам не исчезает, не говоря уже о счастье тех, чьи книжные коллекции украшают древние книги.

Что же такого в древних книгах, что так завораживает даже современного человека? Наверно самым необычным в них является внешний вид. Чего стоят эти потертые временем и сотнями рук давно умерших людей кожаные и кованые переплёты. Каждая такая книга создавалась долгими месяцами, а то и годами.

В настоящее время книжное искусство относится к синтетическим видам искусств, что не удивительно, учитывая то множество людей разных профессий, которое необходимо для того, чтобы всего лишь один томик увидел свет.

Так же было и столетия назад, и мастера различных ремёсел прилагали свои умелые руки для того, чтобы библиотека монастыря или богатого книголюба пополнилась очередным шедевром.

Путь книги начинался на заливных лугах, где мирно паслись стада коз, овец и коров. Именно им предстояло сложить свои невинные рогатые головы во имя книжного искусства.

Из выделанных особым образом шкур делались не только обложки, но и сами страницы. Да, из Китая в Европу периодически завозились небольшие количества рисовой бумаги, но этого было катастрофически мало и основная масса древних книг написана именно на пергаменте – тончайшей коже.

Стоимость одной страницы приравнивалась к стоимости половины, а то и целой овцы. Целые стада вырезались ради одной библиотеки средних размеров, и позволить себе такие эксклюзивные книги из кожи могли единицы.

Древние книги, написанные на пергаментных листах, сохранили следы выскабливания и отбеливания в тех местах, где писцы допускали ошибки, ведь просто скомкать и выбросить испорченную страницу из кожи – было недопустимой растратой. Ошибку удаляли со всей аккуратностью и сверху продолжали писать вновь.

Писались древние книги вручную, особыми людьми, которые оттачивали своё мастерство каллиграфии многие годы, прежде, чем их подпускали к настоящим книгам. Дни и ночи напролёт, при тусклом свечном освещении, они чернилами из гуммиарабика или минералов и, даже, порошка из насекомых, смешанных с яичным белком, линия за линией по размеченным строкам выводили буквы. Часто писцов, если работа была срочной, просто запирали, принося им в келью воду и хлеб и не выпуская на волю.

Не удивительно, что древние книги сохранили такие кажущиеся нам сегодня забавные надписи среди основного текста, как «Here ends the second part of the title work of Brother Thomas Aquinas of the Dominican Order; very long, very verbose, and very tedious; thank God, thank God, and again thank God»(«Здесь кончается вторая часть названой работы « Брат Фома Аквинский из доминиканского ордена», - очень долго, очень подробно, и очень утомительно, слава Богу, слава Богу, и еще раз поблагодарю Бога») или «Let the scribe go out to play»(«Выпустите писца поиграть!»).

Или же совсем невесёлые приписки в древних книгах во всей красе показывают нам адский труд писцов: «You do not know what it is to write. It is excessive drudgery; it crooks your back, dims your sight twists your stomach and sides. Pray, then, my brother, you who read this book, pray for poor Raoul, God's servant, who has copied it entirely with his own hand in the cloister of St. Aignan».(«Вы не знаете, что это такое - писать. Это очень тяжелая работа, она портит спину, затуманивает зрение, скручивает желудок и бедра. Молись же, брат мой, ты, кто читает эту книгу, молись за бедного Рауля, слугу Божьего, который полностью скопировал этот труд своими руками в монастыре Св. Aignan»).

Но на написании работа над книгой не заканчивалась. Необходимо было сшить страницы, выровнять их обрезом и сделать обложку. Книжные обрезы часто покрывались золотом, что придавало древней книге ещё большую ценность и красоту, но, что важнее – золото защищало края страниц от разрушения. Кроме того, на обрезах делалось тиснение с геральдикой, указывавшей на принадлежность книги, например, королевской семье.

Вообще золота не жалели. Золотом были выведены некоторые буквы и целые строки в тексте, золотом покрывались иллюстрации и орнаменты. Вся структура внешнего вида древней книги подчинялась строжайшей архитектонике. Всё в ней было гармонично и сочеталось между собой: длина строки и высота букв, плотность текста и ширина полей, содержание и орнамент.

А уж обложки книг – это особая песня мастеров и статья расходов в древнем книгоиздании. Их делали из деревянных дощечек, обтянутых тиснёной кожей, инкрустировали полудрагоценными и драгоценными камнями, отделывали золотом и серебром.

Назначение такой обложки, однако, было вполне прагматичным: она защищала книгу от возможного разрушения и … разглаживала страницы. Поскольку пергамент, как и любая кожа, имеет свойство не только темнеть с годами, но и скукоживаться по краям, то обложка носила функцию своеобразного пресса, не позволяющего деформироваться страницам.

По этой же причине книги перетягивались кожаными ремнями, металлическими лентами, застёгивались на специальные застёжки и даже замочки. Запертые на замки страницы сохраняли свою ровность и цвет многие годы.

Отношение к такой книге было не просто трепетным. Их оберегали и старались любыми способами оградить от повреждений, но особенно боялись похищения. При этом не брезговали даже магией. Несмотря на религиозное содержание древних книг, они подчас были снабжены надписями – магическими проклятиями против возможных воров. Например, такими: «Для того, кто крадет, или берет взаймы и не возвращает эту книгу ее владельцу, пусть она превратится в змею в его руках и растерзает его. Пусть он будет поражен параличом и все его члены разрушатся. Пусть он томится от боли, кричит о пощаде, и да не будет прекращаться его агония до тех пор, пока он не истлеет. Пусть книжные бессмертные черви пожрут его внутренности, и когда, наконец, придет его судный день, пусть пламя ада поглотит его на веки вечные».

С распространением бумаги кропотливость при создании книг, и их эксклюзивность и малодоступность не исчезли. Книги в драгоценных переплётах по-прежнему были привилегией крупных монастырей, знатных и королевских особ. Все перечисленные традиции по оформлению каждой книги перешли и на изготовление бумажных книг. Их даже так же запечатывали на замки.

Всё изменилось лишь с изобретением книгопечатания. Огромное количество напечатанных книг уже не переплетали по старинным законам. Кожаные переплёты с золотым тиснением всё ещё использовали, но появились и более дешёвые обложки из прессованного картона. Пора книг-драгоценностей миновала.

В наше время стоимость подобных книг практически невозможно оценить. Те редкие коллекционеры, которым посчастливилось обладать подлинными древними книгами, хранят их не хуже, чем монахи и стража королевских дворцов. Но у книги, прожившей сотни лет, есть и свои минусы.

Учёные предостерегают от легкомыслия при соприкосновении с этими древними фолиантами, особенно бумажными. Огромное количество микроорганизмов, скопившихся за годы между страниц, может привести к серьёзным проблемам со здоровьем и даже смерти. Такие книги перелистывают, защищая руки печатками, а лицо маской или респиратором.

Но как бы ни было опасным общение с этим чудом мудрости и трудолюбия древних, интерес и почти магическое влечение к старинным книгам не ослабевает. Просто посмотреть, а тем более подержать в руках такую роскошь – мечта множества коллекционеров-библиофилов, не говоря уже о приобретении в собственность.

Автор: Галина Смольникова

Любопытные особенности старинных книг | Аделанта

Поиск в каталоге:


В прочих разделах нашего сайта уже говорилось о романах, сцены из которых, постепенно печатаемые в фельетонах или в толстых журналах, с нетерпением ожидались читателями. Нужно ли упоминать о другой приманке, употребляемой печатными изданиями в этого рода литературе? Речь идет о иллюстрациях с помощью гравюр на дереве, гравюр-офортов, фотографий, которые будучи приложены к некоторым сценам романа или истории, делают в глазах читателя более живыми физиономии героев произведения и место, где происходит действие. Это служило как бы художественным дополнением для большей ясности, чего вообще недоставало всем древним книгам до изобретения книгопечатания. ПЕРЕЙТИ В ПОЛНЫЙ КАТАЛОГ СТАРИННЫХ И АНТИКВАРНЫХ КНИГ
Особенно в этом нуждались научные сочинения. Сравните древние естественно-исторические книги с книгами, которыми пользуются ныне - какая разница в точности и правдивости рисунка. Рассказы о путешествиях почти не меньше нуждаются в такой помощи. Вы улыбнетесь, когда увидите в донесениях наших древних путешественников карты, изображения личностей и памятников, пейзажи, которыми они украшали свои книги; это нередко лишь грубые эскизы, в которых глаз изменял автору ничуть не меньше руки. Например, рисуя контуры древнего памятника (бюста, статуи или храма), он против всякого желания придавал современный отпечаток этим изображениям. Нам известно описание Афин Бабина, изданное в 1614 году, в котором скала Акрополя с памятниками, украшавшими ее в то время, представлена так, что напоминает Монмартрский холм в Париже и его древнюю базилику. Надо признаться, что и сам аппарат фотографа XIX века тоже был не вполне безупречным инструментом, иногда искажая рельеф и размер тел.

Вообще фотографическое искусство очень удачно начали применять к воспроизведению целых древних рукописей, с которых гравюра до сих пор воспроизводила лишь короткие отрывки. Санкт-Петербург, Париж и Рим владели рукописями, не имеющими себе цены по своей древности, красоте букв и изяществу рисунков, украшающих их. Почти все эти манускрипты существуют в единственном экземпляре. Париж подал пример и снял некоторые из них фотографическим способом и разослал копии в римскую и петербургскую библиотеки. Таким образом, каждое из больших хранилищ рукописей в Европе увеличило свои богатства и предложило любителям древности более многочисленные коллекции для изучения.

Другое искусство, о котором в контексте развития книгопечатания до сих пор не было сказано ни слова, но которое между тем обязано успехам типографии - музыка. Издатели нот долгое время пользовались гравированием на меди. Затем к ней применили типографию с подвижными буквами, что все еще было не совсем удобно. Через некоторое время два старых способа заменили третьим, получившим название от своего изобретателя, Жило: музыкальную ноту сначала писали на камне, затем написанные знаки вытравляли кислотой и получали клише. Таким образом, появилась возможность печатать ноты сравнительно недорогим способом в значительном количестве экземпляров.

Если сравнить книги, по которым учились наши предки греческому и латинскому языку, истории и географии с учебниками, которые книгопечатная промышленность выплескивала на прилавки уже в середине XIX столетия, то древние книги показались бы избалованному читателю просто жалкими. Английская и американская книжная торговля неутомимо распространяли в виде маленьких, очень недорогих книжечек всевозможные политические, религиозные и промышленные сведения, направляющие деятельность умов целых народов.

В лондонских магазинах можно было встретить полное собрание сочинений Шекспира в одном томе и этот Шекспир, иллюстрированный несколькими гравюрами, продавался в Англии по одному шиллингу (около 29 копеек на русские деньги по курсу 1878 года). Французская книжная торговля точно так же старалась привлечь покупателя дешевизной. Публика сделалась жадной до чтения, но большинство читателей не желало платить за книги дорого, если только речь не шла о книгах антикварных.

Нетерпением публики пользовались европейские капиталисты второй половины XIX столетия, но книги того времени сильно страдали от этой лихорадочной поспешности. Тысячи наборщиков, работавшие с газетами, привыкли работать скорее быстро, чем хорошо. Издание без опечаток всегда было редкостью, теперь же оно стало почти уникальным.

Чем быстрее книги размножались, тем быстрее они проникали из одной страны в другую, тем труднее становилось их автору охранять права на свой труд. Изданная в Англии книга не только могла быть перепечатана там без разрешения и в прямой ущерб автору, но и могла быть переиздана за границей, где законы уже не охраняли права интеллектуальной собственности на нее. Ученое или литературное произведение, имевшее успех на родине, нередко переводилось на другие языки, и чтобы автор не утратил прав собственности на него, приходилось постоянно совершенствовать законодательство. В этом отношении Европа представляла уже почти одно семейство, в котором все авторы договорились взаимно гарантировать друг другу законную прибыль от своего знания и таланта. Но эти гарантии почти не выполнялись, если речь шла о других континентах.

Впрочем, бывали произведения, по своей природе не подлежавшие подобному регулированию. Латинско-французский словарь был составлен с достойной прилежностью и тщательностью хорошим латинистом. Но двадцать лет спустя другой латинист, считая этот словарь уже несовершенным, составляет другой, которым за небольшим исключением содержит те же самые слова и те же самые выражения. Если бы нельзя было поступать подобным образом, не прослыв посягателем на чужую собственность, никакой прогресс для ученых книг был бы невозможен.

Плагиат (изначально это слово означало увод чужого невольника, а затем – похищение чужой собственности) также не являлся новым изобретением литераторов. Уже во времена Перикла (494-429 гг. до н.э.) комические поэта регулярно упрекали друг друга в литературных кражах, состоящих в заимствовании или главной идеи сочинения, или какой-нибудь части. Через пять-семь столетий христианские ученые нередко обвиняли (причем несправедливо) Платона и Аристотеля в заимствовании некоторых положений из священных книг евреев.

В истории древних книг случались плагиаты и непредумышленные, когда одна и та же мысль выражалась одинаковым стихом. Так Вольтер (1694-1778 гг.), говоря о Боге, написал один стих дословно такой же, какой уже был у другого французского писателя, жившего немного ранее - Жана Шаплена (1595-1674 гг.).

Случались плагиаты и до известной степени извинительные. Говорят, что гениальный французский драматический писатель Мольер, хотя и сам обладал богатейшей фантазией, заимствовал у другого писателя своего времени – Сирано де Бержерака – целых две сцены. "Комедия академиков" Сен-Эвременоа, вышедшая в 1650 году, содержит замечательную сцену между двумя писателями, Годо и Колете, в которой они, наговорив сначала друг другу всяческих похвал, заканчивают нанесением друг другу жестоких оскорблений. Эта сцена послужила идеей для забавного диалога Триссотена и Вадиуса в комедии "Ученые женщины" Мольера, увидевшей свет в 1672 году. Однако нельзя не признать, что Жан Поклеен (Мольер) распорядился ею совершенно оригинально и с большей комической самобытностью.

Вообще драматические произведения очень часто подвергались всякого рода переделкам. Пьесы, попадая в заграничные театры, почти никогда не ставились там в неизменном виде, ибо режиссеры постоянно пытались приноровить их ко вкусам новых слушателей. Драмы, пользовавшиеся успехом на иностранных подмостках и приносившие доход своим авторам, не слишком вызывали тревогу у литераторов в смысле точного соблюдения прав собственности. Считалось, что гению подобает быть щедрым и жертвовать малой долей своего состояния ради увеличения славы.

Умножаясь численно, книги распространяли не только мысли и знание, они распространяли также и язык. Когда Франция завладела Канадой и Луизианой, она сделала из этих двух колоний земли с французским языком; Испания сделала из Мексики новую Испанию, Бразилия стала как бы литературной провинцией Португалии; Англия заняла значительную часть Северной Америки, Австралии и Индии. По всем берегам Индийского океана английский язык сделался языком торговли и цивилизации. Все это стало возможным не только путем устного изучения, но и посредством распространения книг.

Католические миссионеры спасли от забвения сотни редких языковых наречий, воспользовавшись ими для перевода Евангелия и написания наставлений по вере для народов, которые они желали просветить. В Англии в 1804 году было основано богатое Библейское общество, расходовавшее до пяти миллионов франков ежегодно на печать переводов Библии на различные языки общим числом в двести шестнадцать, из которых некоторые переживут народы, говорившие на них, и останутся предметами изучения для лингвистов.

Пока развивалось книгопечатание, были языки, исчезнувшие безо всякого следа, но были и такие, которые стали называться мертвыми языками потому, что на них уже никто не говорит, и существуют они только в древних и старинных книгах. Таковы языки древнего Египта, древних народов Персии и Ассирии, таков санскритский язык, ведический язык, язык древних эпопей в Индии. Таковы также латинский и древнегреческий языки.

Латинский язык в свое время вытеснил и погубил множество национальных языков на Западе Европы, но и сам постепенно преобразовался в устах побежденных наций, исчезнув из употребления и рассыпавшись на итальянский, испанский, португальский, французский и румынский. Некоторые причины, конечно, поддержали его длительное употребление в высших слоях общества.

Прежде всего, это прекрасная и богатая литература древнего Рима. Даже сокращенная многими опустошениями времени, она все еще представляет совершенный образец красноречия и поэзии для всех образованных умов. Затем, став официальным языком римской церкви, латинский язык сделался посредником между всеми членами католической общины. На нем и поныне пишутся акты, исходящие из папской канцелярии, на нем у католиков совершается литургия и читаются молитвы. Латинский переводы Библии, прозванный Вульгатой или официальным переводом священных книг, сохраняет авторитетность оригинального текста.

Изучение римского права на юридических факультетах мировых университетов поддерживает употребление языка римских юрисконсультов. Во Франции, например, все судебные акты начали составляться на французском языке только с 1539 года в царствование Франциска I, однако адвокаты еще долго продолжали произносить речи на латыни.

До конца XVII столетия на латинском языке писали исторические сочинения, некоторые из которых были довольно важны и популярны. Философия, эрудиция, естественные науки (особенно, биология и медицина) еще пользуются им как общим языком для ученых всех стран.

Судьба греческого языка в некоторых отношения сходна с судьбой латыни, но, тем не менее, отлична от нее. Как язык восточного христианства, он используется в литургии, на кафедрах, в теологических школах. Но религия не сохранила его. В редких случаях филологи изучают классический греческий язык древних прозаиков, наречия Византии и Константинополя утеряны для истории навсегда. Прошло уже более двух тысяч лет, как Цицерон, произнося речь в защиту греческого поэта Архия, с некоторой грустью сравнивал популярность, которой пользовался в то время во всем мире язык этого поэта, со столь ограниченным господством латинского языка.

В середине XVIII столетия производство книг во всей Европе уже было поставлено на широкую ногу, и подобно любой индустрии оно подчинялось законам, многочисленным правилам – иногда стесняющим, иногда разумным. Все профессии, касающиеся торговли книгами, зависели от университетов, поставлявших рабочие руки в эту отрасль. Власти с большой точностью определяли обязанности книгопродавцов по отношению к авторам и читателям, они назначали условия для продажи старинных книг, требовали, чтобы всякий экземпляр, пущенный в продажу, был надлежащим образом исправен.

В 1535 году, как раз примерно в то время, когда Людовик XII оказал почтение искусству Иоганна Гутенберга, Франциск I, напуганный бесчинствами печати, чуть было не запретил ее своим эдиктом. Религиозные споры и войны благоприятствовали излишествам свободы, которая могла стать опасной с оружием, данной ей в руки книгопечатанием. Поэтому неудивительно, что в 1539 году вышел королевский указ об учреждении полицейского надзора за парижской типографией. Рабочим было запрещено вносить в мастерские шпаги, кинжалы, палки, объединяться в союзы и братства, заводить общие кассы, устраивать забастовки, посредством которых они могли бы навязывать свою волю владельцам типографий.

В указе короля Генриха II, вышедшем в 1551 году, определялись обязанности типографов. Согласно этому эдикту подписанный экземпляр каждой предназначенной к печати рукописи должен был оставаться в руках цензоров, просматривавших книгу; на каждом произведении должно было стоять имя автора и типографа, обозначены его место жительства, его штемпель и время печати книги.

В 1618 году Людовиком XIII был принят устав, приводящий в порядок законы, касающиеся типографий и книжной торговли, а в 1744 году был утвержден Устав парижской книжной торговли и корпорации. Согласно ему книготорговцы и типографы не могли выбирать себе место жительства, а были обязаны селиться на конкретных улицах и набережных. Не только книги печатались с одобрения королевских цензоров, но и члены французской академии не могли свободно печатать свои сочинения без разрешения корпорации, к которой они принадлежали.

Всякий хороший типограф должен был заботиться о совершенной точности текста, однако при печати старинных книг этого было нелегко достигнуть, поскольку требовались совместные усилия наборщиков и корректоров, возможные только в первоклассных типографиях, находящихся под добросовестным и толковым надзором. Все помнили жалобы греков и римлян на неаккуратность современных им переписчиков, но и авторы XVII-XVIII столетий не без основания жаловались на неряшливость типографий.

Цицерон, жаловавшийся на переписчиков, однажды писал своему издателю и другу Помпонию Аттике: "В моей речи в защиту Лигария я назвал, в числе его близких друзей, Корфидия, который уже умер. Обэтом меня известили со стороны Корфидия". Увы, переписчики ничего не предприняли, и, несмотря на уведомление Цицерона, все рукописи его речи "Pro Ligario” воскрешают мертвого, которого он желал вычеркнуть из них.

Такая неточность в копиях древних книг еще больше разрасталась в средние века благодаря крайнему невежеству переписчиков и доставляла множество мучений издателям древних текстов и старинных книг. Она даже вызвала к жизни новую науку, критику текстов, занимавшуюся сличением между собой рукописей одного и того же сочинения, извлечением из них вариантов для выбора наилучшего чтения, для восстановления его путем догадок в некоторых местах.

Еще один забавный исторический анекдот на тему небрежности переписчиков древних книг. Цицерон, рассуждая со своим другом Аттиком об одном из своих сочинений, попросил, чтобы в нем занялись исправлением ошибок переписчиков (menda librariorum). Неопытный переводчик, не обратив внимания на то, что слово "librarius” в данном случае стояло вместо слов "scriptor librarius” и означало переписчиков, написал "ошибок книгопродавцов". Полтора тысячелетия спустя один наборщик, хорошо зная, что типографские ошибки или опечатки ничуть не касаются книгопродавцов, не задумываясь, заменил вариант переводчика словом "типографов". Таким образом, вышло, что Цицерон еще до Рождества Христова был уже вроде как знаком с книгопечатанием.

Науки в средние века развились так, что уже невозможно было заключить в одной книге историю всех времен или народов, знания о природе и истинах, которыми обогатились науки физическая и математическая. Еще авторы самых древних книг мечтали и даже пробовали составить энциклопедии, включающие в себя весь круг человеческих знаний. "Естественная история" Плиния Старшего была одной из таких попыток. В XVIII столетии "Великая Энциклопедия" Даламбера и Дидро также стала продуктом благородных усилий собрать и привести в порядок все знания, приобретенные с сотворения мира и до наших дней.

Она вышла с 1751-го по 1777 год в тридцати трех томах in-folio, включая двенадцать томов чертежей. В 1780 году к ним прибавилось еще два тома аналитических таблиц. Впоследствии этот огромный труд был разделен на несколько частей, каждая из которых была посвящена отдельной науке. Под своим новым названием "Методической Энциклопедии" он уже состоял из 160 томов in-quarto.

Многие старинные книги XVI-XVIII веков печатались в очень ограниченных количествах экземпляров, иногда их остается только два или три в библиотеках, иногда не остается даже и одного. Французский поэт Петр Пупо, живший в XVI столетии и не оставивший после себя печатных трудов, известен лишь по статье, написанной о нем французским же ученым XVII века Вильгельмом Колете. Сборник же статей самого Колете, никогда не издававшийся целиком, погиб в 1871 году во время пожара в библиотеке Лувра.

Ко второй половине XIX века книготорговля выплеснулась из магазинов на улицы европейских городов. Вот, к примеру, любопытные статистические сведения за 1857 год о мелкой торговле книгами в Париже на открытом воздухе. Между набережными Орсэ и Турнель насчитывалось 68 букинистов, которые имели вместе 1020 ящиков, каждый длиной в один метр. Зная, что в одном ящике умещалось по 75-80 книг, общее число томов, выставленных букинистами на продажу, составит порядка 70 тысяч экземпляров.

Впрочем, такие объемы вполне были применимы еще к древним книгам. Философ Сенека Луций Анней в трактате "О спокойствии души" в 62 году нашей эры со странным презрением отзывается о 400 тысячах томов, составляющих большую александрийскую библиотеку, он видит в этом только роскошь царского тщеславия. В этом смысле он бы по аналогии презирать богатые библиотеки Рима, хранилища древних книг Египта и Греции. Например, римлянин Ларенций во II веке христианской эры собрал 35 тысяч томов древних рукописных книг. Судя по уровню начитанности и эрудиции, большие библиотеки имелись в домах Цицерона и Плутарха, цитировавших в своих трудах сотни античных авторов. В III веке нашей эры знаменитый Дионисий Кассий Лонгин, бывший министром царицы Зиновии, получил от Плотина название "живой библиотеки и ходячей академии".

Любовь к книгам особенно пригодилась человечеству после нашествия варваров на Европу, когда ученым пришлось восстанавливать литературные достижения, которыми некогда изобиловал древний мир. Министр готских королей в Италии, Кассиодор, отстраненный от дел с падением своих властителей, превратил место своего уединения в огромную рабочую комнату для переписчиков, в которой под его руководством воспроизводились книги. Карл Великий в VIII столетии окружил себя учеными, учредил школы и повелел увеличивать число списков древних книг для употребления в этих школах. Ирландский монах Флакк Альбин Алкуин (735-804 гг.) был героем этого ученого двора и его имя заслуживает того, чтобы быть вписанным в вечность как имя истинного благодетеля ума человеческого.

Рукописные книги того времени не отличались, правда, изяществом их исполнения, письму недоставало красоты, и украшения в старинных манускриптах были редки. Но постепенно возродилась любовь к богатым переплетам для старинных книг, каллиграфии и живописи, которая никогда не умирала на греческом Востоке и которая снова вернулась на Западе при преемниках Карла Великого.

В IX столетии орлеанский ученый, епископ Теодовульф заказал для своего употребления рукописи редкого изящества. Два экземпляра его латинской Библии существуют до сих пор - один хранится в кафедральном соборе города Пюи, другой - в парижской национальной библиотеке. Эти две старые книги столь похожи одна на другую, что их можно принять за два экземпляра одного и того же сочинения, напечатанного каким-нибудь Иоганном Гутенбергом или Робертом Этьенном.

Примерно в то же время на Востоке, знаменитый константинопольский патриарх Фотий (около 820-896 гг.), главный виновник разделения греческой и римской церквей, составил себе очень большую библиотеку из богословских книг и трудов языческих авторов. Причем он сам составил каталог принадлежавших ему древних книг, с кратким содержанием. Это очень поучительный для нас труд, так как трудолюбивый патриарх держал в руках и прочитал сотни сочинений, ныне потерянных и известных нам лишь по оставленным им извлечениям.

Четыре века спустя французский король Людовик IX собрал коллекцию из сотен экземпляров Библии и творений Святых Отцов. В свою библиотеку монарх охотно допускал посторонних читателей, но, правда, еще не созрел для раздачи книг, особой благотворительности, рекомендованной парижским собором в 1212 году.

Сорбонская библиотека начала выдавать книги из своих фондов сторонним читателям, даже не требуя залога в обеспечение сохранности взятой книги, но тщательно вела список розданных книг, в которой каждая старинная книга была описана с достаточной точностью, чтобы ее невозможно было подменить.

Этим мудрым правилам следовал и знаменитый библиофил Ричард де Бери, епископ Дургамский (1287-1345 гг.), воспитатель будущего английского короля Эдуарда III, когда в 1343 году захотел обеспечить сохранность своих книг в библиотеке оксфордского университета, которому принес в дар свою коллекцию из 1500 рукописей, собранных по монастырям Англии, Италии, Германии и Франции. Впрочем, тогда (как и сейчас) особо ценные книги совсем не выдавались из библиотек, а для охраны их от похищений использовалась железная цепь, соединявшая прочный переплет книги с пюпитром, за которым сидел читатель. Некоторые старые книжные переплеты до сих пор хранят следы этой предосторожности.

В конце XIV века французский король Карл V Мудрый также слыл весьма компетентным библиофилом, заказывавшим для собственного употребления французские переводы греческих и латинских древних книг. С этой целью монарх собрал под своим крылом множество переписчиков, иллюстраторов и переплетчиков.

Один из братьев Карла V, герцог де Бери также имел пристрастие к изящным рукописям, собрав их более трехсот. Он пополнял свою коллекцию не только путем покупки и обмена, но и заставляя талантливых художников исполнять рукописи за приличные деньги. От этой драгоценной коллекции старинных книг сохранилось три каталога, датированные 1402, 1412 и 1416 годами. И, кроме того, сохранилась примерно треть самой библиотеки герцога, половина которой имеется в парижской национальной библиотеке, а половина - в частных коллекциях.

рукописные книги Древней Руси - Арт


Первая библиотека Киевской Руси

Коллекцию именно таких уникальных книг, каждая из которых была дорогим шедевром имел Ярослав Мудруй. Он, как никто другой, знал значение учебы и чтения для развития человека и государства в целом. Он был первым правителем в Европе, который придал значение этому процессу. Вероятно, что и сам принимал участие в переводе текстов с  иностранных языков (какими хорошо владел).
«Ярослав же любил книги. В лето 6545 сей  князь Ярослав, сын Владимиров, засветил книжными словами сердца верующих людей. Большая потому что польза бывает человеку от учения книжного».
Так говорится в «Повести временних лет».

В той же «Повести» зафиксировано единственное письменное упоминание о существовании Ярославовой библиотеки. Князь стал формировать ее за 17 лет до смерти. В основном это были священные, богослужебные книги и особенно ценные для науки – исторические хроники. Ученые допускают, что в целом коллекция могла насчитывать до 1000 уникальных изданий.Своеобразное издательство (где переводили и писали) располагалось в столице Киевской Руси, а именно – в Софийском соборе. Здесь было написано известное «Слово Иллариона», «Слово о Законе и Благодати» киевского митрополита Иллариона, здесь работали над «Изборником Святослава».

Киевское Евангелие королевы Франции

  Ценные книги из коллекции Ярослава Мудрого стали приданым для его дочерей. Будучи отцом девяти детей, князь в первую очередь заботился об их образовании. Все три дочери были отданы за королей. Елисавета вышла замуж за норвежского короля, Анастасия, — за мадьярского, и наиболее известной стала самая молодая Анна
.Интересно, что 18-летняя французская королева Анна Ярославна славилась не только своей красотой, но и образованностью, в этом с ней не могла сравниться, по-видимому, ни одна женщина в тогдашней Европе. А ее муж король Генрик I не умел ни читать, ни писать.
Поэтому девушка или не с первых дней супружеской жизни занялась руководством государства. Подписывала государственные акты своим именем «Анна регина», в то время как король Генрик ставил крестик на обозначение своего имени.Во время торжеств энной церемонии венчания и  коронации Анна  присягала на привезенной из Киевской Руси книге. То было Киевское Евангелие,
которое впоследствии назовут Реймским.
Удивительно, с  того времени все короли Франции, вплоть до Людовика XIV приносили присягу в катедральному соборе Реймса с рукой на Евангелии, написанном старинным древнерусским языком.

Каждому княжичу (сестрам Анни), который выходил замуж, вместе с другим было подарено что-то из родительской библиотеки. Поэтому часть книг Ярослава  была перевезена в Европу

. «Кто найдет этот ход, тот найдет сокровище Ярослава»
К сожалению никто так и не знает, существуют ли до сих пор книги Ярослава Мудрого. С тех времен немало было войн, пожаров и других бед.
Библиотека могла сгореть во время захвата татаро- монголами  Киева в  1240 года, которые подожгли город. Могла быть разграблена И все же ученые полностью допускают версию, по которой исторические книги до сих пор хранятся в недрах киевских земель. Катакомбы древних храмов, глубинные пещеры и подземелья, с полной достоверностью могли служить надежным тайником коллекции.Построен в 1037 году прекрасный каменный храм с уникальными мозаиками и фресками – собор Святой Софии – стал наилучшим местом для княжеского книгосборника. Вероятно, оттуда библиотеку никуда не перемещали.

Интересно, что в 1916 году рядом с Софийским собором образовалось глубокая пропасть, в которой просматривался подземный ход.
Экспедицию исследователей возглавил Александр Ертель. Осматривая древние коридоры, ученые вдруг натолкнулись на удивительную находку: кусок березовой коры с посланием, которое говорило: «А кто найдет этот ход, тот найдет большое сокровище Ярослава».
Автор вырезал буквы на дереве, а затем зарисовал их чернилами. Никто не сомневался, что имелась в виду именно ценная библиотека. Так же быстро ученые разгадали, что надпись принадлежит временам позднего Средневековья. Но находка лишь доказывает, что в XVII веке местные знали о сокровище или о нем ходили слухи

.Тайна киевских монахов

Во времена Киевской Руси книгами занимались преимущественно монахи. При враждебных набегах или другой большой опасности они переносили самые ценные вещи к подземным ходам. «Книги от враждебных нашествий монахами в пещерах похоронила» – писали летописцы.
В пещерах, где отсутствует резкое колебание температур и нет высокой влажности.
А место тайника держалось в наистрожайшей тайне, которая, к сожалению, могла умереть вместе со служителями монастырей. Поэтому библиотека Ярослава Мудрого могла храниться в в подземных лабиринтах одного из киевских храмов. И полностью вероятно, что до наших дней пергаментные издания сохранили достаточно хорошее состояние.Относительно конкретного местонахождения коллекции существуют немало версий.
Межигирский монастырь тоже является претендентом на место хранения по одной причине. В советские времена во время строительства дачи Постышева в Межгорье ,рабочие случайно натолкнулись на подвальное помещение, доверху заполненное древними книгами. Но было ли это сокровище Ярослава Мудрого – неизвестно. Книги тогда засыпали землей, а более поздние исследователи не смогли больше найти тот подвал.Еще одним место хранения библиотеки мог быть комплекс пещер поблизости Выдубицкого монастыря. В разные времена здесь находили немало интересного и загадочного. Киево-печерский монастырь и лаврские подземелья самого давнего монастыря тоже могли стать надежным тайником для такого ценного сокровища.


 дискуссии длятся ,но большинство ученых все же считают существование библиотеки Ярослава Мудрого историческим фактом
Кладоискатели верят, что в будущем кому-то повезётразыскать  фолианты из коллекции Ярослава – одно из наибольших  сокровищ давней Украины- Киевской Руси
перевод с укр -мой.

Древнерусская книжная миниатюра от раннего ее шедевра – Остромирова Евангелия (XI в.)
до другого шедевра – Евангелия Хитрово (начало XV в.).



Остромирово Евангелие
Остромирово Евангелие
представляет собой роскошную рукопись на 294 листах. Она была
написана в 1056–57 гг. по заказу новгородского посадника Остромира.
Остромирово Евангелие писано двумя писцами и разделяется по этому
принципу на такие части: 1–24 л. об.; 25–289 л. Первый писец
последовательно отступал от старославянского оригинала при написании
сочетания плавного с редуцированным между согласными, тогда как второй
писец чаще пишет по-старославянски.

В Остромировом Евангелии нашли отражение черты живого восточнославянского языка.

Находится в Петербурге в Российской национальной библиотеке.

Материалом всех древнейших славянских книг и грамот служил пергамен**.
До XIII века пергамен привозили из Греции, по качеству он ничем не
отличался от того, на котором сделаны лучшие греческие рукописи
XI–XII веков; с XIII века пергамен изготавливался на Руси. Бумага
вошла в оборот на Руси лишь с XV века. Для записи текста использовали
чернила и гусиные перья. Практически все древнерусские рукописи
орнаментально украшены. Заглавия (особый вид орнамента, предваряющий
книгу, главу или статью книги) и начальные буквы писались киноварью –
краской ярко-красного цвета. В самых роскошных русских книгах, таких
как Остромирово Евангелие, Изборник Святослава, Мстиславово Евангелие,
заглавия и начальные буквы писались золотом.
Помимо орнамента, некоторые
южно-славянские и русские рукописи содержат иллюстрации к тексту –
миниатюры. Часто миниатюры целиком заимствовались из греческих
рукописей, реже составлены славянскими иллюстраторами. Писец часто
работал в паре с изографом. Для книг большого объема требовалось
несколько писцов; иногда над миниатюрами одной и той же книги работали
несколько иллюстраторов (как, например, над фигурами евангелистов в
Остромировом Евангелии и Мстиславовом Евангелии), что приводило к
неоднородности миниатюр и по качеству, и по стилю.

Рукописные книги часто переписывались, а миниатюры, соответственно, перерисовывались, и, как правило, не всегда удачно.

Исходя из объёма и стоимости работ

видно, что книги не могли быть широко доступны.
Пергамен во все времена стоил недешево; работа писцов, трудившихся до
нескольких месяцев над одной книгой, была еще дороже, а работу
изографа, использовавшего дорогие краски (и в частности, золото), мог
позволить себе лишь очень состоятельный человек. Неудивительно, что
почти все ранние иллюминированные рукописи создавались на средства
богатых князей.

Почему коллекционируют старинные книги | Аделанта

Поиск в каталоге:


Уже в первые годы советской власти торговля старой книгой, осуществляемая одновременно частными, государственными, кооперативными и общественными организациями и предприятиями, рассматривалась в качестве важной составной части советской книжной торговли, а антиквары были отнесены к пятой, наивысшей категории специалистов, означавшей самую высокую степень профессиональной квалификации книготорговых кадров. Общий взгляд на торговлю старыми книгами, ее специализацию, терминологию в целом оставался прежним, в том виде, как он сложился в период ее наивысшего расцвета в дореволюционной России на рубеже XIX-XX веков. Однако уже в середине 1920-х годов делаются первые попытки критического осмысления опыта антикварной книжной торговли прошлого, терминологического разграничения и определения понятий "антиквар" и "букинист", а соответственно "антикварная" и "букинистическая книга". ПЕРЕЙТИ В ПОЛНЫЙ КАТАЛОГ СТАРИННЫХ И АНТИКВАРНЫХ КНИГ
Эти попытки нашли отражение в коллективном сборнике "Книжная торговля", первом в советский период учебном пособии для книготорговых кадров, первом издании Большой советской энциклопедии, в докладах и обсуждениях в различных научных и библиофильских обществах, организациях, инициаторами которых выступали, как правило, антиквары старшего поколения, и, прежде всего, Павел Петрович Шибанов, занимавший ответственные посты в различных книготорговых предприятиях и организациях. Так, если букинисты торгуют подержанной книгой недавнего прошлого, предназначенной для массового читателя (сюда же относятся и так называемые "удешевленные издания" - остатки нераспроданных тиражей вновь издаваемых книг), то антиквары имеют дело с единичными экземплярами исключительно старинных произведений печати (книги, гравюры, периодика), а также рукописей, автографов, их покупателями являются любители старины, библиофилы.

Попытки упорядочения терминологического строя книготорговой отрасли, научного определения понятия "антикварная книга" предпринимались начиная с 1930 года, когда государственная книжная торговля, полностью вытеснившая частный сектор, приступила к реорганизации торговли старыми книгами, получившей широкое развитие в связи с ростом культурного уровня и повышением материального благосостояния населения страны, резким увеличением спроса на книги, в значительной степени опережающего возможности издательского дела. Впервые перед ней, как и перед всей книжной торговлей, была поставлена задача наиболее полного удовлетворения потребностей советских людей в изданиях учебной, общественно-политической, художественной и другой литературы, взят курс на превращение ее в неотъемлемую составную часть социалистической книжной торговли, имеющую не только большое историко-культурное значение, но и служащую дополнительным резервом повышения книгопроизводства, удовлетворения спроса населения на печатную продукцию.

В этой связи постепенно исчезают, превращаясь в небольшие отделы, специализированные магазины дорогостоящей антикварной книги, ассортимент которых состоял преимущественно из единичных экземпляров книг, изданных в прошлые века. Их заменяют магазины старой книги универсального (с точки зрения времени издания книг) характера, состав ассортимента которых меняется в сторону увеличения книг недавнего прошлого, "сегодняшнего дня", в этом же направлении идет поиск новых форм и методов торговли.

Одновременно широко распространенный в дореволюционной России и в первые годы советской власти термин антикварная книжная торговля уступает место более универсальному и демократическому термину букинистическая торговля. Вместо термина антикварная книга в качестве базового на первый план выдвигается термин букинистическая книга, который, однако, окончательно приобретает современное значение - книга в повторном товарном обращении - лишь в последние годы в связи с созданием букинистических классификаций, каталогов-прейскурантов, инструктивно-нормативных материалов по букинистической торговле.

Первые попытки определения понятия "антикварная книга" были тесно связаны с переходом букинистической торговли, как и всей книжной торговли страны, на социалистическую плановую основу, с необходимостью упорядочения и регламентации ценообразования на букинистическую книгу, подготовки новых профессиональных кадров и делались "снизу", то есть шли от самой практики книжной торговли. Суть этих попыток заключалась в том, чтобы дать специалистам букинистической торговли качественные ориентиры, критерии для современной оценки всего многообразия книг, попадающих в повторное товарное обращение. Так, уже в первом в нашей стране нормативном документе, регламентирующем букинистическую торговлю, - "Правилах торговли букинистической и антикварной книгой" (1936 г.) - весь ассортимент букинистических книг был разделен на две большие группы: книги подержанные, но не утратившие своей художественной или научной ценности, пользующиеся постоянным спросом и не являющиеся идеологическим браком, и издания старинные (антикварные), являющиеся библиографической редкостью, представляющие определенный научный и художественный интерес. Старинные издания рекомендовалось оценивать в каждом отдельном случае в индивидуальном порядке, в соответствии с их качеством, сохранностью, особенностями внешнего и внутреннего оформления. Таким образом, антикварные книги традиционно отождествлялись с редкими, но рассматривались не как самостоятельный товар, а как специфическая разновидность букинистической книги, что было закреплено в инструктивно-нормативных материалах последующего исторического периода.

Одновременно практики букинистической торговли впервые делали попытки конкретизировать понятие антикварной книги, ограничив его хронологическими рамками. В качестве "верхней границы" предлагались 1825 год, 1850 год, начало XX века, 1917 год, 1926 год и так далее. Официально эти опыты были завершены в "Инструкции о покупке и продаже букинистических изданий в специализированных букинистических магазинах (отделах)", выпущенной в 1977 году, где в качестве границы антикварной книги, отделяющей ее от всех других изданий, поступающих в повторное товарное обращение, окончательно устанавливался 1850 год. Научное объяснение этих эмпирических поисков было найдено при разработке хронотопической (греч. chronos - время и topos - место) классификации - первой научной классификации букинистических товаров. Эта классификация, учитывающая характер производства книг в разных исторических условиях, рассматривала русскую антикварную книгу как продукт ремесленного труда, созданный в период до 1850 года, когда изготовление книги в целом, ее переплета, писчего материала, иллюстраций носило единичный характер и осуществлялось ручным способом, с применением лишь простейших механизмов.

Это означает, что антикварная книга в силу удаленности времени своего издания от настоящего и длительного обращения в обществе объективно отличается от других изданий, попадающих в повторное товарное обращение, как своими сущностными (то есть заложенными в момент издания книги) свойствами, так и впоследствии приобретенными (владельческими и книготорговыми), выступающими на букинистическом рынке в качестве товарных. Это в полной мере касается и информативности антикварной книги, которая не исчезает, а лишь видоизменяется со временем, проявляясь в способности книги удовлетворять эстетические, историко-культурные и другие потребности человека, быть предметом коллекционирования, библиофильского интереса, воспитания и обучения подрастающего поколения. Аксиологическими, ценностными факторами при этом выступают как тиражные, то есть присущие любому экземпляру данного издания, признаки, так и экземплярные, то есть индивидуальные, присущие только конкретному экземпляру; главным из этих признаков считается степень редкости издания.

В условиях современного свободного рынка букинистической книги и ценообразования, не связанного инструктивными и прочими ограничениями, по-видимому, нет необходимости в создании жестких понятийных структур. И это естественно, потому что меняются условия, материальная база и технологические способы создания книги, их тиражи, внешний облик. Меняется и сам потребитель (покупатель) книги, его вкусы, желания, материальные возможности и духовные запросы. Все это нашло отражение в "Положении о покупке и продаже букинистических изданий" (1990 г.) - последнем по времени нормативном документе, регламентирующем торговлю букинистической книгой: деление ассортимента на группы, какие-либо части там отсутствуют.

Сегодня понятие "антикварная книга" применяется в основном с целью оптимизации товарного предложения на букинистическом рынке (формирование ассортимента, его расстановка, реклама, показ, оценка). Наблюдается тенденция отнесения к категории антикварной книги вообще всех русских изданий (рукописных, печатных) до 1945-1946 годов.

Поднятие границы антикварной книги до середины 50-х годов XX века связано не только с естественной убылью тиражей книг, но и с теми огромными материальными потерями, которые понесла отечественная культура в результате гибели и уничтожения книг в период революций 1905 и 1917 годов, в первые годы советской власти, во время Отечественной войны 1941-1945 годов. Кроме того, оно обусловлено резким повышением общественного интереса к книге недавнего прошлого в результате драматических событий последних лет (особенно после 1985 года), а главное - ее "непохожестью" на массовую книгу сегодняшнего дня.

Этот факт нашел отражение в Указе Президента РФ №1108 от 30 мая 1994 года "О реализации предметов антиквариата и создании специального уполномоченного органа государственного контроля по сохранению культурных ценностей", где отмечено (п. 5), что под предметами антиквариата понимаются разнообразные культурные ценности, в том числе гравюры, эстампы, литографии и их оригинальные печатные формы, редкие рукописные и документальные памятники (включая инкунабулы и другие издания, представляющие исторический, художественный, научный и культурный интерес), созданные более пятидесяти лет назад.

Все вышесказанное относится исключительно к русской антикварной книге; для национальной и зарубежной книги существуют собственные хронологические границы, определяемые историческими особенностями развития национальных культур.

Таким образом, термин "антикварная книга" на книготорговом уровне, в пределах которого он традиционно применяется, означает разновидность букинистической книги, выделяющуюся из нее определенным возрастом, особыми товарными свойствами и качествами, индивидуальностью своей оценки и характером потребления. Совершенно естественно при этом, что за пределами рыночного понятийного ряда сущность книги, именуемой антикварной, не меняется. Перестав рассматриваться как продукт реализации, антикварная книга не теряет способности удовлетворять не только коммуникационные, но и историко-культурные, этические и эстетические потребности современного цивилизованного человека.

В этой связи возникает вопрос о соотношении антикварной и редкой книги. Это понятия разных логических рядов, причем последнее значительно шире, ибо редкой по разным причинам может быть любая книга вне зависимости от времени ее создания. С другой стороны, каждая антикварная книга в той или иной степени является редкой, поскольку именно этим она принципиально отличается от всех других книг.

"Антикварная книга" есть в конечном счете социокультурное понятие, ибо оно создается самими людьми, их вкусами, привычками, пристрастиями, наконец, модой. Сам покупатель - библиофил, коллекционер - "захотел" сформировать и создал понятие антикварной книги как феномена культуры. Появление соответственно термина "антикварная книга" - это результат проявления потребности наиболее зрелых и ответственных граждан в сохранении своей национальной культуры. Именно с этим фактом и связана подвижность и субъективность хронологических рамок антикварной книги. Этим положением и следует руководствоваться при ее изучении.

Антикварные книги, редкие старинные издания

Антикварные книги являются предметом гордости коллекционеров-букинистов. Еще неполученные старинные раритетные издания вызывают душевный трепет и острое желание получить такой экспонат. Купить дорогую старинную книгу - значит получить во владение частичку исторического прошлого, прикоснуться к давно ушедшей эпохе. Не лишена покупка антикварных книг и здравого коммерческого смысла: зарубежные и русские старые издания с каждым годом становятся дороже, то есть могут выступать вполне обоснованным вложением средств. Русская и зарубежная антикварная классика никогда не потеряет своей ценности и очарования.

Началом книгопечатания в России считается 1564 год, связанный с появлением первых печатных станков и выпуском первых книг. В Европе это случилось намного раньше – в 1460 году. Конечно, книги 14-16 века являются ультрараритетным эксклюзивом, достать их сложно, и стоят они очень дорого, зато печатные издания и антикварные собрания сочинений 17-19 веков более распространены у коллекционеров и в магазинах. Такие старинные книги также имеют высокую историческую и эстетическую ценность, а материальный вопрос зависит от нескольких параметров. Особенно ценятся книги с годом выпуска до 1890 г.

Как узнать ценность старинной книги

Оценить антикварную книгу самостоятельно достаточно сложно. Ее стоимость зависит от целого ряда факторов:

  • год издания;
  • издательство, выпустившее книгу;
  • состояние самой книги и переплета;
  • количество страниц, текста, иллюстраций;
  • редкость, количество экземпляров;
  • регион выпуска;
  • «жанр» и категория книги (религиозная, научная, историческая, художественная литература и т.д.).

При этом ценность книг, указанная в различных магазинах, каталогах, аукционах и даже исторических музеях, вовсе не обязана быть истиной последней инстанции. Увлеченные коллекционеры часто готовы платить намного больше рыночной стоимости, и в то же время вы можете купить редкую старинную книгу по вполне приемлемой цене. Есть мнение, что старые русские книги купить проще и дешевле, но это не всегда так.

Антикварные книги в магазинах Москвы и через интернет

Букинистический бизнес сегодня - довольно развитая ниша. Купить старинные книги в Москве теперь можно не только на случайных «развалах» или по объявлению, но и в специализированных магазинах, а также заказать доставку из интернет-магазина.

Цены на любой антиквариат, и книжки здесь не исключение, довольно сильно различаются в разных торговых точках, поэтому перед покупкой изучите несколько вариантов, внимательно прочитайте условия подтверждения подлинности, особенности состояния книжного издания и информацию о доставке.

Одним из надежных и проверенных временем источников является магазин антикварных книг и переплетная мастерская «Артель».

Здесь вы найдете старинные издания 18 века, редкие раритетные книги, антикварные детские книги, собрания сочинений классиков, научную и историческую литературу, старые кулинарные книги, поэзию и многое другое – выбор огромный. Представлены русские и зарубежные книги. Для вашего удобства на сайте организован удобный и обширный каталог, разбитый по категориям, с возможностью сортировки по году издания, по цене и времени появления в интернет-магазине и т.д.

Также в «Артели» вы можете заказать:

  • французский переплет книг;
  • кожаный переплет;
  • тиснение на кожаной книге;
  • футляр для книги ручной работы;
  • реставрацию антикварных книг.

Сайт artelbook.ru дает возможность заказать старинные книги онлайн, но при желании вы всегда можете посетить магазины в Москве, по адресу Москва, ул. Советская (ст. м. Нахабино), д.99, офис 310). Консультанты магазина с удовольствием ответят на ваши вопросы по телефону: +7(985) 768-68-22.

Антикварные книги в подарок – эксклюзивный, изысканный презент

Интерес к старинным фолиантам растет. И даже если одариваемый не является коллекционером, уникальная книга в качестве подарка наверняка придется ему по душе. Интеллектуальный, ценный и безусловно интересный предмет может говорить о статусности, вызывает уважение. Таким подарком можно гордиться.

Даже если не говорить о заинтересованных коллекционерах old book, или заядлых букинистах, дорогие подарочные книги – отличный вариант для поздравления «человека, у которого все есть». Вы можете преподнести редкую книгу начальнику, статусному гостю, представителю власти, без опасения принести разочарование презентом или быть неправильно истолкованным.

Для еще большего впечатления можно заказать французский переплет старинной книги, эксклюзивный кожаный переплет с тиснением, красивый футляр.

Старинные детские книги – полное погружение с оттенком волшебства

Детские книги, сказки, собрания сочинений для самых маленьких – один из самых востребованных вариантов приобретения старых книг. Антикварная книга сказок позволит ребенку не просто узнать произведение, а совершить путешествие в прошлое.

Купите хотя бы одну старинную детскую книгу в свою коллекцию, полистайте ее вместе с малышом, покажите немного тронутую временем бумагу, дайте потрогать тисненый переплет и расскажите немного о том времени, когда была издана книжка – это прививает любовь к истории, вызывает живой интерес к истокам.

Что делать, если старинная книга испорчена? Реставрация поможет!

Возможно, в вашей коллекции уже есть антикварная классика, но вы не достаете ее из кладовки, потому что ее переплет истрепался, до страниц страшно дотронуться – кажется, они превратятся в пыль; печатные знаки практически не читаются; бумага почернела от времени…

В таком случае вам помогут услуги реставрации книг и переплетные работы, а также ремонт и брошюровка, которые предоставляет переплетная мастерская «Артель».

Ремонт и реставрация антикварных книг – разные понятия. Ремонт – это починка недочетов, прошивка, склеивание, подрезка и замена частей книги; а реставрация предполагает восстановление недостающих частей или исправление проблемных участков без потери оригинального вида и уникальности. Другими словами – правильно отреставрированная старинная книга не имеет следов ремонта и выглядит так, будто лишь недавно сошла с печатного станка, но с качеством бумаги и печати своего времени.

Существует несколько вариантов работ по восстановлению или исполнению нового переплета для старой книги, а также его украшения:

  1. Эксклюзивный кожаный переплет ручной работы. Даже просто держать в руках книгу в кожаной обложке необычайно приятно. Издания будут органично смотреться и на каминной полке, и в офисе, и в ультрасовременном интерьере. Кожаный переплет одинаково хорошо подойдет как для антикварной научной книги, так и для религиозной литературы или детских сказок.
  2. Французский переплет. Довольно сложная техника, виртуозное владение которой мастера осваивают годами. Стиль зародился в 16 веке, во Франции, и был разработан Николой Эв. Во времена появления техники она называлась «а ля фанфар» (a la fanfare). Книги во французском переплете прославились не только красотой, но и прочностью. Трудоемкий процесс заключается в креплении блока книги на шнурах вручную с последующим выравниванием и креплением краев, круглением корешка и промазывании его костным клеем. Материал для переплета может быть цельнокожаным или полукожаным. Конечно, есть в технологии французского переплета книг другие особенности и секреты, достойные отдельной темы для повествования. Собрание сочинений во французском переплете – настоящая жемчужина коллекции и украшение интерьера.
  3. Футляр для книги ручной работы. Если вы хотите, чтобы редкая книга в подарок выглядела еще значительнее и принесла больше радости, вы можете заказать футляр для книги. Эксклюзивные, индивидуальные чехлы и футляры, сделанные вручную, вполне могут выступать и в качестве самостоятельного подарка. Так как дизайн разрабатывается индивидуально, форма исполнения может быть практически любой. Например, распространены варианты в виде старинных шкатулок, или телефонных книг. Материалы изготовления, а также декоративные элементы могут быть совершенно разными, по вашему желанию.
  4. Тиснение на кожаной книге и французском переплете. Элемент украшения, декорирования, а также придания антикварному переплету особой изюминки. Красиво и правильно с точки зрения технологии такое тиснение может выполнить не каждый мастер. Кроме знаний техники требуется очень много практики. Красива выполненное тиснение завораживает и приковывает взгляд. Тиснение фольгой и блинтовое – основные методики, зарекомендовавшие себя более чем положительно.

Продажа старинных книг и, тем более, их восстановление, реставрация, украшение – не просто бизнес или работа, а любимое дело и искусство букинистов, художников, переплетчиков, которому отдают свою душу на долгие годы. Антикварная книга капризна, как любая загадочная красавица, требует сугубо индивидуального подхода к своей уникальности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *